Художник и Конструктор

И нетрудно понять, почему буржуазный художник, ощутивший в новых условиях начала XX в. горячую потребность ответить на запросы практической жизни, серьезной работы, истинной целесообразности, нуждался в таком концептуальном эстетическом размышлении. Проходит всего несколько лет, и П. Беренс, успевший построить ряд интересных зданий, приглашен главой крупнейшего электро-промышленного концерна Германии (АЭГ) Вальтером Ратенау на достаточно необычный пост художественного директора АЭГ. В обязанности Беренса входило проектирование предметов электрического оборудования, фирменных каталогов, а также новых зданий фабрик, мастерских и управлений. Своими проектами, исполненными целесообразной ясности и технологического изящества (в вещах и предметах оборудования) или антистилизаторского технического монументализма (в промышленных зданиях), Беренс более чем удовлетворил ожидания фирмы, видевшей в этих качествах важное средство утверждения своего престижа на внешней и внутренней арене.

Вместе с тем успех П. Беренса был бесспорен и в определении лица нового индустриального искусства и новаторской промышленной архитектуры, в которых высокая культура художественной формы органически соответствовала предпосылкам и целям массового индустриального производства.

Закономерно ли было это чудесное превращение талантливого художника-декоратора и патетического автора размышлений о театре в лидера новаторского промышленного дизайна и индустриальной архитектуры? Разумеется.

Это лишний раз показало, насколько естественным и быстрым для реалистически мыслящего художника может оказаться переход от глубокого проникновения в жизненные потенции художественной формы к полноценному художественному конструированию реальных предметов. Художник и Конструктор легко узнали друг друга в одном лице.

Но, оказавшись стол— естественным, это взаимоузнавание оставалось внутренне сложным и противоречивым.

Comments are closed.