И, наконец, в-четвертых, хотя производственнический аспект эстетики советского конструктивизма знал свое пафосное превознесение машины и промышленного труда, в целом советскому искусству и тех лет не был свойствен концептуально-идеологизированный техницизм. Здесь при внешней аналогии было глубокое внутреннее различие. Отчужденно-фетишистский, но, вместе с тем, как мы видели, практически-действенный для капитализма культ индустриального мира как эффективного надлично-организационного инструмента обуздания и упорядочения жизни — всецело и сугубо западническое явление.

Все последующие десятилетия развития самой современной и мощной индустриально-экономической базы, вплоть до сегодняшнего дня, так и не привили — разумеется, вполне закономерно — социалистической культуре ничего похожего на концептуальный техницизм.

Одним словом, если вспомнить теперь известный лозунг Ле Корбюзье, можно с полным основанием (и с должной эстетической строгостью) сказать, что в противоположность важнейшему буржуазному принципу архитектура или революция культура социалистического строительства зиждется на принципе архитектура и революция.

Этим, в конечном счете выражается самое главное из того, что пролегает социально-художественным водоразделом между эстетикой современной архитектуры капиталистического и социалистического общества. И недостатки нашего строительства, как и достижения строительства на Западе не в силах затушевать значение указанного коренного различия.

В этой книге было приведено слишком много разнообразного архитектурно-теоретического материала, чтобы уже и сами его принципиальные основания не свидетельствовали об этом вполне красноречиво.

Художественная правда не знает ложного стыда перед истиной человеческого существования, она никогда не страшилась обнажить до дна трагический или отталкивающий смысл тех противоречий и явлений, которые нес с собой капитализм и которые под фальсифицирующим пером его идеологов приобретали потом исключительно бесконфликтный вид.

Комментарии запрещены.