Аналогичный идеологический пафос пронизывает и характерную работу. Паля Город под натиском перспективного мира, в которой трансформация архитектурно-художественной типологии от средневековых городов, через эпоху Ренессанса и абсолютизма, до современного градостроительства рассматривается как раз под углом зрения индивидуализирующей перспективности пространственных представлений. В согласии с Г. Зедльмайром, Ю. Паль тоже нагнетает исторический кошмар якобы абсолютно бесформенных, бессодержательных, античеловечных, раздробленных и т. п. форм архитектуры XIX-XX вв. Но ни прогресс техники и науки, ни тем более никогда — выяснение эстетической сущности этих явлений не в состоянии, подчеркивает сразу же Ю. Паль, прояснить логику этого процесса.

Не могут потому, что искусство и эстетика, так же как и эстетико-художественные критерии, лишены для него всякой культурной самостоятельности,- она признается только за внехудожественным идеологизмом гештальта как принципа незыблемой духовно-структурной субординации частей под эгидой верховного целого.

Разрушение такой божественно-предустановленной и божественно-упорядоченной целостности жизни как раз и начинается при переходе от средневековья к эпохе Возрождения. Художественная беспространственность средневековых городов (являвшихся по своей композиции как бы аналогами космического порядка) подвергается мощнейшему натиску культуры субъективистских и индивидуализированных пространственных представлений, и отсюда-то и берет свое начало весь регрессивный процесс дробления городской структуры, доходящий до кошмара современности.

Художественный город Ренессанса — только короткий промежуточный миг этого перехода. Но разложение всеохватывающей замкнутости отношений предустановленного порядка началось уже в нем. Началось постольку, поскольку дисциплинарный идеологизм гештальта, по словам Ю. Паля, уступил первенство чисто эстетическому состоянию индивидуалистической буржуазии.

Читайте так же:

Комментарии запрещены.