Романтическая позиция

У Эйзенштейна, цитирующего этот финал, все гоголевские если даются с красной строки, что эффектно осовременивает весь текст. Мы же подчеркнем то, что органически принадлежит в этот архитектурной мечте понятийному составу непрерывной архитектуры как идеалу, опирающемуся на преобладание черт открытой системы творчества (необыкновенно живой идеи) в противоположность закрытым тенденциям классицизма. Висящая, легкая, воздушная, прозрачная, металлически-сквозная ц т. п. архитектура многократно фигурировала не столько даже в XIX в., сколько в XX в. в самых авангардистских проектах, манифестах и утопиях.

Можно было бы сказать, что гениальный писатель-поэт заглянул и в эту даль.

Но прогноз его воображения гораздо интереснее в своей исторической конкретности именно для ситуации XIX в. Ибо то, что тут Гоголь с романтических позиций определяет как эстетические источники невиданного обновления архитектуры, а именно: множество образов и формальных признаков, связанных с ломкой прямолинейных канонов, с изгибающимися линиями, с новаторскими приобретениями XIX в., которые, как стихия, способны будут породить бездну разнообразнейших форм,- все это есть, скорее, предвосхищение так называемой архитектурной эклектики этого века, т. е. того бесконечно изобретательного в мелочах (слова Гоголя) разброса форм, из антиклассицистической стихии которого и возникает потом самоорганизующаяся криволинейно-конструктивная синэстетика модерна — фактического начала современной западной архитектуры Именно эти факторы находятся в центре внимания молодого романтика Гоголя в качестве средств порождения совершенно особенной и новой архитектуры, мимо прежних условий.

Социальный аспект этого идеала не конкретизирован в статье Гоголя далее пламенной веры, без которой немыслимо новое единение частей и целого.

Comments are closed.