Проблема нового стиля

Однако, если она и закономерна, то в своем эстетическом наполнении вовсе не проста,- напротив, сложна и противоречива. И цитируемый манифест дает об этом яркое представление.

Прежде всего, новый вполне специфический стиль не может быть прерогативой какого-то одного, совершенно уникального искусства.

Для художника, выросшего из синтетических устремлений искусства модерна (т. е. из всей традиции эстетического романтизма, с которой он, однако, субъективно жаждет порвать), совершенно ясно, что все множество проявлений внутренней жизни современного человека, его мироощущение в целом может быть выражено только универсумом всех видов искусства вместе, что только гармония всего искусства в целом является прекраснейшим символом уверенного в себе народа. Таким образом, проблема нового стиля как правдивого символа интересов практической жизни современности принимает вид проблемы интеграции или синтеза искусств, вне разрешения которой, по логике Беренса, нет решения и сугубо трезвых задач действительности.

Итак, демонстративно антиромантическая позиция, как оказывается, с самого начала овеяна целиком романтической (и вагнеровской) идеей гезамткунстверка. Именно такой тотальный гезамткунстверк представляет далее Беренс в образе фантастического Дома — священного места всего искусства в целом (Die heilige Statte desgesamten Kunst), места праздничного торжества нашей культуры.

Полный взаимопроникающий синтез всех форм художественного воздействия на человека, созерцание всего во взаимосвязи свершают в этом дворце образ высшей целесообразности, образ цели, исполненной истинного смысла, и в праздничном отождествлении формы и человека, чувственного и сверхчувственного возносят это единство над обыденным окружением, где все оформляется так, что превращается в своего рода чехол, надетый на нашу повседневную жизнь, на логику наших идей, на наше эмоциональное ощущение целесообразности.

Comments are closed.