Позор искусственной славы

Следовательно, в жизни греков мысль не была свободной,- делал для себя и для студентов вывод один из основателей современной западной архитектуры. Прекрасный мрамор прикрывал позор искусственной славы, а триумф этот был трагедией. Трагедия же заключалась в рабской основе греческого общественного строя, порождавшей тонкий яд, смертельный для свободы, насилие власти над мыслью, философские абстракции и прекрасные маски,- словом, все то, что и привело высокую греческую цивилизацию к гибели.

Служила ли эта реликвия культуры своему театральному номеру,- спрашивал Райт, касаясь существа всей греко-римской традиции архитектуры,- или видимость столь хороша, что она важнее истины? Резко отрицательный ответ на этот важнейший вопрос, находящийся в неразрывной связи с пониманием естественно-органичного творчества как метода, несовместимого даже с намеком на художественную иллюзорность формы, предопределил отрицание им классического архитектурного наследия как лживого и несвободного, полное отбрасывание этой традиции и выработанного в ней богатства дифференцированных художественных возможностей искусства архитектуры.

Мы сейчас отвлекаемся от ограниченностей райтовской концепции органичной архитектуры. Здесь важна степень радикального исторического противопоставления социально-художественных основ подлинно современной архитектуры основам эстетики докапиталистической архитектуры.

Важно отчетливое сознание того, что революционное преобразование самой сути архитектурного идеала и его формообразующих принципов на рубеже XX в. было пронизано тенденцией к истинному демократизму, к распространению конструктивно-правдивых, а не показных, и единых художественно-творческих закономерностей на все без исключения пространственные формы человеческого общежития, то есть у Райта речь идет об эстетическом идеале современной архитектуры, которому противоречат, который искажают и извращают фетиши капиталистической цивилизации и буржуазная социология архитектурной формы.

Comments are closed.