Беренс исходил в своих аргументах из становления нового ритма — как меры движения, меры времени,- отражающего гораздо большую подвижность нашей эпохи в сравнении с прошлыми периодами Новый ритм означает спешку, динамизм, повышение скорости в современном городе, новый ускоренный темп всей человеческой жизнедеятельности, под воздействием которых архитектурная форма города должна претерпеть вполне определенные трансформации. В атмосфере такого ритма прежде всего резко уменьшается значение любых частей и деталей в пользу целостных композиционных образований. Отдельные сооружения утрачивают тут самостоятельный смысл.

Новый способ восприятия всего окружающего выдвигает на первый план целые плоскости, общий силуэт, ансамбль, впечатление слитности и, наконец, целостный образ города.

На основе всех этих закономерностей ритма сама собой должна, по Беренсу, возникнуть типическая архитектура, когда типическую форму приобретает не только отдельное здание, но прежде всего и городской ансамбль и весь город в целом.

Здесь рождение новой типологичности архитектуры мотивировалось, как мы видим, иными, чем у Мутезиуса, (не идеологическими) соображениями. В противоположность средневековым нерегулярным застройкам, утверждал Беренс, новая планировка городов, или их определенной части должна осуществляться по заранее намеченному большому плану, с широкими, устремленными вдаль прямыми магистралями.

Проще и быстрее всего такой характер архитектуры может перенять внутренний деловой центр, где здания возводятся настолько высокими, насколько это возможно.

Здесь приводился пионерский пример американских небоскребов.

Развитие в высоту,- говорил Беренс,- имеет значение не только для отдельных зданий — оно определит прежде всего общую градостроительную идею… Вся планировка города в своих основных массах и по своему силуэту может быть схвачена только в таких компактных вертикальных объемах, которые легко привести ко взаимной связи.

Читайте так же:

Комментарии запрещены.