Роль суммарною выражения главных признаков всей этой трансформации картинной плоскости исторически сыграла перед первой мировой войной так называемая революция кубизма. Именно в образах кубистической живописи особенно наглядно был продемонстрирован единовременный эффект как распадения красочной формы на ее геометрически-абстрагируемые элементы, так и их рационалистического конструктивного синтеза со специальным акцентом на выявление пространственной функции плоскости. О кубизме у нас еще пойдет речь в одной из глав второй части.

А здесь приведем лишь суждение одного из его известных представителей, живописца Хуана Гри, подтверждающее типологичность рассмотренного преобразования.

Для живописца предмет есть всего лишь комбинация красочных плоскостей…

Собственное, чисто художественное формообразование живописи во все времена было определенным типом архитектуры красочных плоскостей. Оставляя за элементами изобразительного (вернее, объектного) сюжета картины значение важной внушающей силы эффекта рассматривания, Гри писал, что живопись является для меня определенным сплетением, продольные нити в котором есть изобразительная, а поперечные — архитектурная и абстрактная часть картины.

Это весьма точное обозначение существа двух, охарактеризованных нами выше, основных слоев художественной реальности картины — семантического и конструктивного. Истины такого рода, однако, не могли помешать превращению авангардистской линии буржуазного станковизма в экспрессионизм красочной архитектуры плоскостей.

А безусловная смысловая глубина таких эстетических истин,- так же как весьма продуманных слов того же Гри только архитектура картины в состоянии породить определенный объект изображения,- лишний раз отсылает нас к внутреннему существу той эволюции изобразительно-картинной плоскости, о которой говорилось в начале данного раздела.

Читайте так же:

Комментарии запрещены.