Культурная апология творческой силы воображения

Отсюда вытекает культурная апология творческой силы воображения, фантазии. Не существует большего богатства, большего всемогущества и большей сдержанности, чем фантазия.

Наделить царство чистой фантазии всей полнотой реального жизненного смысла при исполнении нами физических необходимостей — это и значило бы достичь берега заветного счастья. Архитектура, как считал Г. Финстерлин, ничто вне такого рода закономерностей, ибо она есть попросту пространственное новообразование этих скрытых и неподражательных форм высших уровней творчества, синтезирующей комбинаторики объективно-субъективных элементов.

Обратим внимание на то, что именно так была поставлена как раз в эти и последующие годы проблема формирования новой архитектуры в гропиусовском Баухаузе — принципиально антипозитивистски, на основе воспитания природных задатков творческой психики и синтезирующей способности богатого художественного воображения.

Так что все это не было простым наложением общефилософской эстетики на архитектуру. Суть его программы, как писал сам Г. Финстерлин, сводится к тому, чтобы искать новый стиль не во внешнем и внутреннем измельчении (в тексте буквально: не в кожной и слизистой сыпи.

— В. Т.) примитивных изначальных форм, или путем захвата масс в гигантские монументальные сооружения, или же в ослепительной монотонности формальных параллелизмов, а в переменчивом, комплексном развитии самих по себе целых объемов, в их самостоятельной сложности, в схватывании их органической динамики, которая лишь переводит во внешний план определенные генетически своеобразные законы развития. Это сказано очень трезво и прозорливо, если иметь в виду, что последующее развитие архитектуры XX столетия воочию продемонстрировало скудость и гигантских монументальных сооружений, и ослепительной монотонности формальных параллелизмов.

Comments are closed.