Осваивая структуру такой гармонии (что, со своей стороны, обусловлено соответствующими закономерностями психофизической организации человека и его мозга), наше сознание справляется с необъятностью мироздания, имея перед собой тоже необъятность индивидуализирующих жизненных отношений художественной формы, но выраженных как законченный конструктивный космос данного произведения. Замечательная черта архитектуры (сравни саму семантику слова мироздание) заключается как раз в том, что в ней с особенной наглядностью выражается данная особенность сущности искусства, Пространственно-вещественная онтологичность архитектуры, ее резко выявленная (часто поражающе грандиозная) конструктивная организованность, действия живых людей внутри пространственной конструкции в качестве непосредственно индивидуализирующего ее жизненного содержания — все ярко подчеркивает и всегда подчеркивало ее эстетическую значительность.

Не случайно актуальным архитектоническим схемам значительных культовых и дворцовых сооружений, но прежде всего их развитым ансамблевым комплексам всегда отдавалось безусловное мировоззренческое первенство в определении социально-общезначимой типологии композиционной гармонии. Однако за этими общими положениями сказывается уже конкретная диалектика художественного сознания, отражающая историческое своеобразие реальных общественных форм жизненного уклада данного времени.

И проявляется она в изменяющейся преимущественной идентификации сознания индивидов либо с однозначным конструктивным космосом произведений искусства, либо же с их индивидуализирующим многообразием.

Если бы это было невозможно, искусство не могло бы корректировать свое предназначение в соответствии с изменяющимися потребностями человеческой истории.

Но это возможно, что мы видели и на материале предшествующего изложения.

Комментарии запрещены.