Композиционная типология

Об отчетливом понимании актуальности и новизны этой задачи и о том, что ее решение подразумевало в этот момент и всегда подразумевает типологическую общность эстетики здания и города, свидетельствовала, в частности, опубликованная в 1957 г. статья ведущих архитекторов английского брутализма, Элисон и Петера Смитсонов. В ней они писали: Мы продолжаем быть функционалистами, и мы до сих пор несем ответственность за город в целом, но сейчас слово функциональный означает не просто механистичность, как это было 30 лет назад.

Наш функционализм означает признание существующего положения со всеми его противоречиями и беспорядком и стремление что-то сделать для его исправления. Следовательно, мы должны создать такую архитектуру и такое градостроительство, которые смогли бы придать смысл и значение изменению, развитию и жизнеспособности города.

В решении каждого здания должно отражаться обновление всей структуры города…

Совершенно очевидно, что функционально-механистическая концепция градостроительства и декоративная эстетика старой современной архитектуры утратили свое значение.

Мечта Корбюзье о Лучезарном городе поддерживалась геометрическими схемами удручающей банальности…

Эта мечта до сих пор находит в нас отклик, но мы больше не верим в те средства, при помощи которых Ле Корбюзье хотел претворить ее в жизнь. Его город — это колоссальная шахматная доска.

В основе решения, способного удовлетворить нынешние требования, лежит идея кластера — грозди, т. е. тесно связанной, сложной, часто перемещающейся агрегации, но агрегации, обладающей определенной структурой. Это, пожалуй, ближе всего подходит к тому, что можно считать определением нового идеала архитектуры и планировки.

Comments are closed.