Заглавие этого начального раздела привлекает внимание читателя к той закономерности, которой принадлежит исключительно важная роль в предмете нашего исследования — в современной архитектуре капиталистического общества. Об этом еще не раз пойдет речь впереди, в том числе в специальном разделе третьей главы. Хотя понятие технологичности архитектуры достаточно абстрактно сравнительно с исчерпывающей полнотой всех ее социально-художественных определений, в своих границах эта абстракция отнюдь не бессодержательна.

Современная архитектура зарождалась в прошлом веке под знаменем борьбы за новую правдивость материала и конструкций, борьбы с украшательским лицемерием форм, изображавших что угодно, только не объективную логику и выразительность конструктивных форм из железа, бетона, стекла, создаваемых уже не ремесленным, а машинным способом. Выражая прогрессивную тенденцию в развитии мирового строительного искусства, эта борьба воодушевлялась пафосом ликвидации иллюзионистского формализма зданий и вещей как социального принципа буржуазной действительности, проявляющегося в разукрашивании мнимой духовной роскоши (Салливен) или же в преступлениях орнаментализма (Лоос).

За прошедшие с тех пор десятилетия на передний план архитектурной практики выдвинулись задачи пространственного, структурно-планировочного и пластинески-синтезирующего формообразования. Но эстетическая диалектика правды материала и конструкций, материала и формы, процесс выявления огромных художественно-выразительных потенций, таящихся в своеобразии физической реальности современного строительства, сохраняет свое исключительное значение и по сей день.

Мы — свидетели грандиозного зрелища: технический прогресс…

ведет многочисленные творения человечества в направлении, продиктованном неизменными физическими законами…

- говорит об этой закономерности выдающийся итальянский конструктор П. Л. Нерви.

Читайте так же:

Комментарии запрещены.